Евгений Жовтис: «НПО государством зачастую воспринимаются как источник угрозы»

Сейчас НПО – юридические лица, которые платят налоги. Но такие выражения как «грантоеды», «предводители цветных революций», «проводники идей Запада», «разрушители культурных, бытовых, социальных ценностей» — ретранслируются постоянно, несмотря на то, что подавляющее большинство НПО занимается априори полезной деятельностью. Почему же складывается такая ситуация, стоит ли НПО работать над имиджем и репутацией?

Боюсь, что здесь очень сложно что-то сделать самим НПО, потому что информационные ресурсы и возможности активных организаций гражданского общества значительно меньше, чем у государства. Этот вопрос не столько к неправительственным организациям, сколько к государству, государственной политике в отношении к развитию гражданского общества. Эта политика пока половинчатая. С одной стороны государство в лице чиновников понимают, что гражданское общество необходимо, это возможность понимать, как артикулируются процессы в обществе.

Половинчатость заключается в том, что государство у нас авторитарное, а не демократическое. У этого государства сформировались два убеждения, которые оно очень активно продвигает. Убеждение первое: неправительственные организации – это те, кто предоставляет услуги. Это сервисный подход, то есть если они сервисные, значит должен быть потребитель.

Рассматривается очень простая конструкция: государство-НПО-потребитель, таким образом, через государство или само НПО предоставляют услуги населению. Это очень упрощенный и неправильный подход, что НПО предоставляют услуги. НПО представляют общественные инициативы, зачастую бесплатно. В другом случае, если государство через них предоставляет какие-то услуги, то это совершенно другая форма. Государство использует НПО в качестве проводника, чтобы вместо себя делать то, что государство не может по ряду причин. Легче, условно говоря, заплатить, чтобы кто-то это сделал.

Но это небольшой сегмент гражданского общества в целом, довольно упрощенное представление. Гражданское общество – это не только НПО, это живая ткань со своими инициативами, отдельными людьми, взаимоотношениями и частично неинституциализированая, формальная и неформальная. Это горизонтальная сфера. Это всё происходит на горизонтальном уровне. Где-то она вертикально пересекается в рамках соцзаказов и госзаказов, а в целом существует сама по себе, развивается, материализуется, ищет ресурсы.

Вторая линия представления политизирована, то есть когда те, кто проявляет гражданскую активность, решает какие-то системные вопросы, рассматриваются как политизированные структуры, к которым особое подозрение, исходя из источников финансирования. Связано это, к сожалению, помимо субъективных оценок и суждений конкретных чиновников или представителей власти, с одной очень важной причиной – отсутствие в Казахстане политической оппозиции.

Существование политической оппозиции и политической системы сразу убирает этот излишний политический взгляд на гражданское общество и концентрируется всё на политической борьбе. То есть перед гражданским обществом по политическим вопросам стоят политические оппозиционные партии, представленные в различных органах власти и через них реализуются политические интересы, а всё остальное гражданское общество уходит в горизонтальную сферу и решает общественные проблемы.

Поскольку у нас за последний десяток лет политическую оппозицию практически исключили из политической системы и на передний фронт вышли неправительственные организации, занимающиеся политическими правами и свободами, проявляющие гражданскую активность, реализующие протестный потенциал, информационный потенциал — государство их позиционирует и определяет как источник раздражения и угрозы, как проблему для стабильности.

Далее это уже политтехнологи, как это освещается, как об этом говорится и, соответственно финансирование, особенно из зарубежных источников, рассматривается как способ политического влияния. Из-за этого НПО позиционируются либо как сервисные¸ либо как оппозиционные организации. Это вопрос не к НПО, которые не могут «перерубить» этот тренд, так как это государственная политика, государственное представление гражданского общества, основанное на принципах контроля и надзора.

Простой пример, право на свободу выражения, право на свободу мирных собраний, право на свободу мирных объединений и право на свободу религии и убеждений рассматриваются у нас как угрозы, хотя, как угрозы должны рассматриваться их злоупотребления. Если мы рассматриваем сами права как угрозу, то все, кто ими занимается и всё гражданское общество попадают под специальный контроль.

Это концептуально неверный подход, и его нельзя переломить деятельностью в информационном поле, должна быть изменена государственная политика, то есть государство должно относиться к гражданскому обществу по-другому и понемногу менять эти стереотипы, которые формируются в голове у населения. Поскольку население у нас как у западных соседей телезомбировано, все СМИ контролируются государством и прогосударственными структурами и, соответственно государственная политика через них реализовывается. С этим сложно что-то сделать, так как вся политическая система так устроена.

Нужно также обратить внимание на общество. Общество пока достаточно конформистское, апатичное, пережившее 70 лет советского периода, общество, привыкшее полагаться на мнение государства, для него гражданская активность достаточно чужда, оно относится к нему как к чему-то насаженному снаружи. Первый вопрос: какой у вас интерес? Никто не может представить, что кто-то может что-то делать только потому, что что-то ему не нравится и он это делает, исходя из собственного решения. Сразу складывается мнение: «кто платит, тот заказывает музыку» — традиционное банальное мнение.

Поскольку общество в своей массе в основном не состоит из граждан, которые имеют общие интересы и в каком-то смысле пытаются их отстаивать перед государством, искать точки соприкосновения, противостоять ему, защищать свою автономную сферу, оно будет трудно воспринимать «высунувшихся граждан».

Пока гражданское общество находится в самом начале пути, и это болезнь роста. Если не будет каких-то кардинальных изменений в политической среде, которые позволят перейти к более демократическому устою, тогда эти вопросы уйдут сами по себе.

54321
(0 votes. Average 0 of 5)